Закат Европы Шпенглера и современника разное

Борис Вугман: литературный дневник

Почему «Логика системы» столкнулась с реальностью?
Почему Шпенглер и Гитлер не договорились


Работы Освальда Шпенглера балансирубт на грани рационального и иррационального и вовсе не потому, что в них что-то меняется. Меняется обстановка вокруг. В СССР работы были изданы в 1922 году. После этого издания Шпенглер попал под запрет, по моему мнению вполне рационально (прим, автора).



С распадом СССР цензурные ограничения исчезли, что привело к настоящему издательскому буму. Точное число переизданий подсчитать сложно (оно исчисляется десятками), поскольку книга регулярно допечатывается разными издательствами.



Начиная с 2000-х годов «Закат Европы» переиздавался практически ежегодно. Права на публикацию и свои версии серийных изданий выпускали крупнейшие российские издательства. Автору понятно, что книги раскупались охотно и тут трудно понять, что именно так привлекало читателя?



Книга издается как в виде массивных двухтомников, так и в сокращенных однотомных вариантах (покетбуках) для студентов и широкого круга читателей. Чему пыталась научить студентов профессура ВУЗов, мне не понятно. Но напрашивантся аналогия с "Экогомикс" Макконел и Брю, согласно которй академики Шаталов, Абалкин и примкнувший к ним Явлинский обещали преобразоваь СССР за 500 дней.



Главный парадокс иррациональности восприятия этой книги:
современное российское массовое сознание совершило коннотационный сдвиг, превратив глубокую культурологическую метафору Шпенглера в упрощенный геополитический лозунг.
Разница между оригинальным смыслом 1918 года и современным российским прочтением действительно фундаментальна и строится на нескольких ключевых подменах.



1. Подмена понятий: «Культура» против «Европейского Союза»


• У Шпенглера (1918): Под «Европой» (или Западной культурой) немецкий философ понимал единый живой организм, зародившийся вокруг 1000 года н.э., охватывающий всю западноевропейскую цивилизацию (фаустовский дух). «Закат» для него — это не физическая гибель государств и не крах экономики, а естественный переход живой, творческой Культуры в окостеневшую, технологическую, бесплодную Цивилизацию. Этот процесс, по его мнению, занимает столетия.
• У современного обывателя в РФ: «Европа» сузилась до конкретного политического и экономического блока — ЕС и НАТО (плюс Великобритания). «Закат» трактуется буквально и сиюминутно: экономический кризис, деиндустриализация, потеря суверенитета перед США, миграционные проблемы и крах традиционных ценностей.


2. Вектор надежды: «Прусский социализм» против «Особого пути России»


• У Шпенглера (1918): Шпенглер не был пессимистом, хоронящим всё вокруг. Для него «Закат» старой Европы — это площадка для рождения нового типа организации. В своей следующей важной работе «Пруссачество и социализм» (1919) он обосновывал, что на смену англосаксонскому капиталистическому духу должен прийти прусский дух — авторитарный, дисциплинированный, солидарный социализм служения государству. Это была сугубо германоцентричная надежда на возрождение нации после поражения в Первой мировой войне.
• У современного обывателя в РФ: Шпенглеровский «закат Запада» используется как историческое оправдание «Особого пути» России и концепции многополярного мира. Массовое сознание делает вывод: «Если Запад умирает, значит, центр силы, культуры и истинных ценностей автоматически смещается на Восток (в Россию и БРИКС)». Сам Шпенглер, к слову, писал о великом будущем «русско-сибирской культуры», но видел её рождение лишь через века, в то время как сегодня это воспринимается как текущий геополитический процесс.


3. Ошибка масштаба: Органические циклы против новостных лент


• У Шпенглера (1918): Философ мыслил категориями тысячелетий. Римская цивилизация «загнивала» и переходила в стадию упадка несколько веков. Шпенглер предполагал, что фаустовская (западная) цивилизация окончательно исчерпает себя примерно к XXI–XXII векам, перейдя в стадию цезаризма (эпоху бесцельных войн за власть между диктаторами).
• У современного обывателя в РФ: Происходит иррациональное сжатие времени. Метафизический «закат культуры» рифмуется с актуальными новостями об инфляции в Германии, закрытии заводов Volkswagen или забастовках в Лондоне. То, что у автора было неотвратимым законом природы (как старение человека), в современном контексте воспринимается как результат плохой политики конкретных европейских лидеров.
Таким образом, если для Шпенглера книга была трагическим диагнозом и призывом к мобилизации немецкого духа, то для современного российского читателя (в массе своей) её броское название стало удобным семантическим щитом, подтверждающим тезис об упадке геополитических конкурентов.



Если спроецировать иррациональное восприятие «Заката Европы» на геометрию, то современный читатель совершает фундаментальную ошибку: он пытается читать Шпенглера в плоской, двухмерной логике Евклида, в то время как сам философ, для российкого читателя, мыслил в бесконечных координатах иной геометрии.
Восприятие Шпенглера в плоскость Евклида — это мир прямых линий, простых причинно-следственных связей и плоских проекций. В этой плоскости «Закат Европы» превращается в примитивный график: линия тренда европейской экономики или политики идет вниз, а линия России или Востока — вверх. Это мир новостных лент, где «закат» означает закрытие заводов или политический кризис в Берлине и Лондоне.
Но Шпенглер совершил в культурологии тот же переворот, что Лобачевский, Бойяи и Риман совершили в геометрии. Он ввёл фаустовское пространство — искривленное, многомерное, развивающееся по сложным органическим законам, где параллельные прямые культур могут никогда не пересечься, а «закат» — это не падение в пропасть, а естественное, неотвратимое окостенение живых смыслов в технологические формы.


Напутствие современному читателю: как выйти из евклидовой плоскости


Когда вы закрываете новостные сайты и открываете «Закат Европы», оставьте евклидово мышление за порогом. Помните о трех главных оптических иллюзиях плоского восприятия:
• Не путайте увядание смыслов с крахом институтов. Евклидов ум ищет физических разрушений — штурма «Рима», падения валют или краха государств. Шпенглеровский же «закат» гораздо тоньше: это ситуация, когда институты (банки, парламенты, университеты) продолжают идеально функционировать, но из них полностью уходит живой дух, вера и великое искусство, оставляя лишь холодный, бездушный механизм цивилизации. Западная техника и менеджмент могут доминировать на планете еще столетия, будучи при этом абсолютно «закатившимися» с точки зрения культуры.
• Не измеряйте метафизическое время часами новостных лент. Пытаться увидеть шпенглеровский «закат» в результатах очередных выборов или забастовках в ЕС — это то же самое, что измерять радиус кривизны Вселенной школьной линейкой. Масштаб Шпенглера — это тысячелетия. То, что на плоскости кажется «катастрофой прямо сейчас», в многомерной истории является лишь секундным колебанием на этапе векового перехода культуры в цивилизацию.
• Откажитесь от злорадства в пользу трагического созерцания. Плоское геополитическое восприятие порождает иллюзию: «Если их корабль тонет, наш автоматически плывет в рай». Но Шпенглер — это не методичка для геополитических побед, а глубокая историческая трагедия. Если фаустовская культура умирает, она забирает с собой целый космос смыслов, музыки, архитектуры и науки, аналогов которым человечество не знало. Это повод не для обывательской радости, а для строгого, мужественного осознания того, в какой точке исторической зимы находится весь современный мир.
Вывод: Истинное прочтение Шпенглера сегодня — это способность оторвать взгляд от плоскости сиюминутных телевизионных и сетевых споров и увидеть историю как величественный, суровый и прекрасный рельеф, где у каждого культурного организма есть свое рождение, свой полдень и своя неизбежная, закономерная осень.



Шпенглер приветствовал приход нацистов к власти в 1933 году как «национальный подъем». Гитлер испытывал к нему огромную благосклонность, нацистские идеологи массово копировали шпенглеровские тезисы. Но как только Шпенглер применил к нацистам свой собственный метод анализа, он пришел в ужас.
В 1933 году он публикует книгу «Годы решений» («Jahre der Entscheidung»), которая взрывает его отношения с Третьим рейхом. Используя параллельные ссылки на свою же теорию, Шпенглер выносит Гитлеру приговор:


1. Гитлер — не Цезарь, а демагог. В логике Шпенглера Цезарь — это хладнокровный государственник-аристократ (как Юлий Цезарь или Бисмарк). Гитлера же он назвал «романтиком толпы» и «героем оперетты». Шпенглер писал, что Гитлер думает и чувствует как продукт массы, а истинный прусский дух презирает плебейство.
2. Биологический расизм — это демагогия и глупость. Шпенглер высмеял нацистскую расовую теорию: «Раса, которую нужно сначала вывести — это чистая глупость. Раса — это не форма черепа, это инстинкт, это осанка!». Для Шпенглера «прусская раса» могла быть у чистокровного еврея или поляка, если он предан государству, в то время как нацистский антисемитизм он считал пошлым мещанством.
3. Прусский дух созидает, нацизм — разрушает. Шпенглер обвинил нацистов в нигилизме и фанфаронстве. Вместо суровой прусской работы они устроили «вечный митинг».
Итог по методике трёхмерного пространства:
Если мы наложим сетку «германо-прусского духа» на исторический процесс, мы увидим классическую демагогию узурпации понятия:
• Шпенглер создал концепт (Пруссачество как тоталитарное, но благородное служение государству во главе с Цезарем).
• Нацисты взяли внешнюю форму (форму, марши, риторику борьбы с капитализмом и демократией) и использовали её для мобилизации масс.
• Личная встреча (1933): Гитлер и Шпенглер встретились лично. По воспоминаниям, они спорили несколько часов. Шпенглер вышел со словами: «В его голове нет ни одной государственной мысли, только лозунги».
После этого книгу Шпенглера изъяли, его имя запретили упоминать в прессе, а сам он до самой смерти в 1936 году жил под негласным домашним арестом, чудом избежав «Ночи длинных ножей». Нацисты использовали его «параллельные места» для оправдания своей диктатуры, отбросив саму суть его философии.


Но история не предоставляет второго шанса. Шпенглер совершил роковую ошибку без права её исправления.
В этом ракурсе видятся сомнения во вбросе "Закат Европы" по шпенглеру массовое сознания российского плебса.



Э/ЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪЪ



Приложения
«Самый важный антисемитский труд, который я прочитал в то время и который повлиял на моих соратников, – это книга Генри Форда. Прочитав ее, я стал антисемитом» .



Гитлер был не единственным нацистским вождем, который испытал на себе влияние книги Форда. Лидер «гитлерюгенда», а затем гауляйтер Вены Балдюр фон Ширах заявил на Нюрнбергском процессе: «Самый важный антисемитский труд, который я прочитал в то время и который повлиял на моих соратников, – это книга Генри Форда. Прочитав ее, я стал антисемитом» .


Форд как предтеча нацизма почти не известен в Америке – в отличие от Форда-промышленника, поставившего на поток производство недорогих автомобилей. Именно этого человека иронически представил английский писатель Хаксли в романе «О дивный новый мир» (1932 год) в качестве божества Нового времени, когда молитва «Отче наш» была заменена на «Форд наш».



Почему это стало интернет-мемом?


Именно из-за своей абсурдной и провокационной формы — «маленький Гитлер на коленях» — фотография скульптуры мгновенно разошлась по развлекательным сайтам и соцсетям. Пользователи рунета и зарубежного интернета начали дорисовывать перед ним различные объекты, которые Гитлер «мог бы боготворить». Одним из таких объектов и стал Генри Форд (а также логотип бренда Ford), что превратило концептуальное искусство в историческую сатиру



1. Выставка в Варшавском гетто (2012 год)


Самый громкий международный скандал разразился в конце 2012 года. Скульптуру привезли в Варшаву и установили в одном из дворов бывшего Варшавского гетто — места, где нацисты уничтожили или депортировали в лагеря смерти сотни тысяч евреев.


Скульптура «Him» («Он») итальянского художника-провокатора Маурицио Каттелана — одно из самых скандальных и дорогих произведений современного искусства.


Скульптура Каттелана широко обсуждалась в мировых СМИ в конце 2012 года во время выставки в Варшавском гетто, а затем в 2016 году, когда она была продана на аукционе Christie's за 17 миллионов долларов. Именно в этот период (около 10 лет назад) в соцсетях и на развлекательных ресурсах (вроде Пикабу, ЯПлакалъ или Reddit) появилось множество сатирических фотожаб с этим коленопреклонным диктатором.




Другие статьи в литературном дневнике: