Минское закулисье
О чем Лукашенко хочет поговорить с Мирзияевым без свидетелей?
Официальный визит президента Узбекистана Шавката Мирзияева в Беларусь начался весьма необычно. Не с заседаний правительственных делегаций, не с подписания документов и даже не с экономического форума.
Первым пунктом программы стала неформальная встреча с Александром Лукашенко. Белорусский лидер сразу задал тон переговорам: «Думаю, у нас будет хорошая встреча, и мы обсудим все вопросы закулисья. И открытые, и закрытые вопросы. Мы, как всегда, по-дружески с вами обмениваемся всей информацией, которая у нас есть...»
Фраза прозвучала почти по-семейному. Но именно слово «закулисье» вызывает больше всего вопросов.
Что именно должно обсуждаться за закрытыми дверями? Почему это нельзя произнести публично? И насколько подобные разговоры соответствуют интересам самого Узбекистана?
1. Встреча двух политических долгожителей
Александр Лукашенко руководит Беларусью с 1994 года. После президентских выборов 2020 года значительная часть белорусского общества, страны Европейского союза и ряд других государств не признали официально объявленные результаты голосования. Оппозиционный кандидат Светлана Тихановская заявила о своей победе, а массовые протесты были жестко подавлены.
В результате Лукашенко сохраняет власть, однако его легитимность остается предметом международных споров.
Именно с таким политиком сегодня встречается президент Узбекистана. Для Мирзияева подобные контакты не являются чем-то необычным. Он регулярно проводит встречи с Владимиром Путиным, в отношении которого Международный уголовный суд выдал ордер на арест.
Возникает вопрос: соответствует ли подобная внешняя политика ожиданиям самого узбекского общества? Ответ неоднозначен.
Сам Шавкат Мирзияев пришел к власти после смерти Ислама Каримова в сентябре 2016 года в условиях, которые отдельные юристы и политологи считают не полностью соответствовавшими предусмотренной Конституцией процедуре передачи власти. Позднее, после конституционной реформы 2023 года, его предыдущие президентские сроки перестали учитываться, что позволило ему вновь баллотироваться. Сторонники реформ рассматривают это как следствие принятия новой Конституции, тогда как критики называют произошедшее фактическим «обнулением» сроков.
Поэтому разговор двух лидеров, каждый из которых подвергается критике со стороны оппонентов за вопросы, связанные с устройством политической системы, неизбежно приобретает не только дипломатическое, но и символическое значение.
2. Союз бюрократий вместо союза реформ
Узбекистан и Беларусь имеют еще одну общую особенность. Обе страны на протяжении многих лет подвергаются критике международных организаций и исследовательских центров за высокий уровень коррупционных рисков, закрытость государственных институтов, влияние личных связей, семейственности и бюрократических механизмов на принятие решений.
В подобных условиях экономика нередко начинает зависеть не столько от конкурентного рынка, сколько от политической воли руководителей.
Инвестиционный климат определяется не независимостью судов, прозрачностью правил и защитой бизнеса, а качеством отношений между чиновниками. Такая модель может обеспечивать быстрое принятие решений, но редко становится источником долгосрочного экономического роста.
3. Две страны рядом с российской военной экономикой
Еще более сложной становится геополитическая составляющая сотрудничества. Беларусь является ближайшим союзником России. После начала полномасштабной войны против Украины белорусская территория использовалась российскими войсками для вторжения на север Украины, а также продолжает играть важную роль в военной инфраструктуре России.
В отношении Узбекистана ситуация иная. Республика официально заявляет о нейтральной позиции и не является стороной конфликта. При этом в открытых источниках неоднократно обсуждались поставки из Узбекистана различных товаров двойного назначения и промышленной продукции, которые, по оценкам ряда исследователей и журналистских расследований, могли через посредников попадать в российскую экономику, включая отрасли, связанные с оборонным производством (нитроцеллюлоза, металлы, ГСМ, ткани).
Именно поэтому развитие экономических связей между Минском и Ташкентом неизбежно вызывает интерес у тех стран, которые внимательно отслеживают цепочки поставок в Россию.
Даже если все сделки соответствуют законодательству, репутационные риски для Узбекистана могут возрастать.
4. Что скрывается за словом «закулисье»?
Самая интригующая часть визита — обещание Лукашенко обсудить «закрытые темы». Можно только предполагать, что именно имеется в виду. Одной из возможных тем может быть будущее интеграционных процессов на постсоветском пространстве.
Ислам Каримов последовательно дистанцировался от ряда российских интеграционных проектов. Узбекистан вышел из ОДКБ, ограничил участие в некоторых структурах СНГ и не присоединился к Евразийскому экономическому союзу.
Эта политика позволяла Ташкенту сохранять большую свободу во внешнеполитическом маневре. Для Александра Лукашенко, который является одним из наиболее последовательных сторонников евразийской интеграции под руководством Москвы, подобная позиция Узбекистана никогда не была особенно привлекательной.
Белорусский лидер известен достаточно прямолинейной манерой общения с иностранными руководителями. Его публичные заявления в адрес представителей других государств, включая руководство Армении, неоднократно становились предметом дипломатических дискуссий.
Поэтому нельзя исключать, что среди «закрытых вопросов» может обсуждаться более тесное участие Узбекистана в интеграционных инициативах, где ключевую роль играет Россия.
5. Между самостоятельностью и чужими проектами
Внешняя политика Узбекистана традиционно строилась на принципе многовекторности. Именно благодаря этому республика смогла поддерживать отношения одновременно с Западом, Китаем, Турцией, арабскими государствами и Россией.
Любое серьезное смещение этого баланса неизбежно уменьшает пространство для самостоятельного политического маневра.
Поэтому главный вопрос визита Мирзияева в Минск заключается вовсе не в новых контрактах или дорожных картах.
Главный вопрос звучит иначе. Останется ли Узбекистан самостоятельным игроком, способным одинаково разговаривать со всеми мировыми центрами силы? Или постепенно окажется втянутым в политические проекты Москвы и Минска, где пространство для независимой политики становится все уже?
Ответ на этот вопрос, возможно, действительно обсуждался не перед телекамерами, а там, где, по выражению Александра Лукашенко, начинается настоящее «закулисье».
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
