Во время встречи президента Республики Узбекистан Шавката Мирзияева и премьер-министра Грузии Ираклия Кобахидзе 3 июня 2026 года было принято решение об открытии узбекского посольства в Тбилиси.
Между тем, об этом говорил еще Эдуард Шеварнадзе, когда прибыл с государственным визитом в столицу Узбекистана 4-5 сентября 1995 года. Встреча в расширенном составе проходила в здании Дворца Дружба, и на нем я присутствовал как первый сеукретарь Управления стран СНГ МИДа Узбекистана. Я слышал обсуждение проблем и перспектив сотрудничества между двумя странами из уст их глав.
Шеварнадзе говорил, что для укрепления контактов, развития торговли и транспортных коммуникаций нужно представительство Узбекистана в Грузии. Шеварнадзе также просил полицейские силы в количестве 100 человек для выполнения миротворческих операций на Кавказе, так как грузиские власти не доверяют России, взявшей на себя от имени СНГ мандат на такую деятельность.
Ислам Каримов ничего не ответил на этот запрос, так как он помнил о том, что год назад узбекские военные и милиция (а ими руководил заместитель министра МВД Узбекистана Рустам Абдуллаев, генерал-майор) участвовали в подобной миссии на территории Таджикистана, где шла гражданская война. Ему больше не хотелось такого опыта.
Что касается посольства, то Каримов раздумывал об этом, потому что:
- Грузия была важным звеном в Транскавказской дороге - ТРАСЕКА, по которой шли узбекские грузы в обход России;
- Армения и Азербайджан находились в состоянии войны друг с другом, более того, 20% террритории Азербайджана были оккупированы армянскими вооруженными силами;
- у Ислама Абдуганиевича сохранилась обида на азербайджанские власти, так как бывший президент Эльчибей принял у себя узбекских диссидентов, бежавших от узбекских репрессий;
- открывать посольство в Армении - это ставить себя врагом Баку, к тому же Армения не входила в проект ТРАСЕКА.
Так что шансы у Грузии как места закавказского представительства Узбекистана имелись. Но все изменилось весной 1996 года, во время визитов Ислама Каримова в Баку и Тбилиси. Гейдар Алиев оказался более сильным лидером, сумевшим удержать страну от распада, тогда как Шеварнадзе не мог удержать регионы. Во-вторых, Баку обещал восстановить отношения Узбекистана с Турцией, которые ухудшились именно из-за того, что Анкара приняла и дала убежище узбекским диссидентам, включая Мохамада Солиха.
Экономические отношения с Грузией были незначительны - промышленных связей было мало, для Ташкента не было интересных проектов с грузинским бизнесом. Эта страна представляла интерес как транзитный пункт. Из Грузии узбекские грузы потом кораблями по Черному морю шли в Болгарию, Турцию, Украину, и дальше в Западную Европу. Это был эффективный путь, чем северный, который подразумевал Россию.
Баку предложил свои терминалы и даже строительство для узбекских отдельных на берегу Каспия. Транзитная страна Туркменистан обещала скидку для железнодорожных составов, и в первый 1996 год по этому прошли 200 тыс. тонн груза, включая хлопок. Но Ашгабад оказался коварным и ненадежным партнером, позже отказавшимся от всех достигнутых соглашений, возможно, под давлением Москвы, которая увидела снижение грузоперевозок Узбекистана по российским дорогам. Это финансовые и политические потери, чего российские власти допустить не могли...
В любом случае, от идеи открыть свое посольство в Грузии узбекская сторона отказалась. И спустя 30 лет решение принимается позитивно. Но ведь это три десятка лет потерянных возможностей...
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
